Художественный фильм «Тыгын Дархан» по роману народного  писателя Якутии Василия Яковлева – Далана рассказывает о жизни подлинной исторической личности –  кангаласском тойоне (князе) Тыгын Дархане. «Легендарный предводитель, без которого история Якутии сложилась бы иначе», — сказал  кинорежиссер Никита Аржаков про своего героя.

Масштабность экранизации исторического романа я ощутила, приняв участие в съемках массовки. 27 июня, в день своего рождения, отпросившись с работы,  добралась с подругой  до съемочной площадки. Недалеко от местности Ус-Хатын  проехали мимо десятков построенных старинных жилищ – урасы, на склоне горы виднелся большой балаган: красивейшая девственная природа, чистейший воздух – все радовало глаза и душу. Сначала прошли регистрацию, затем встали в очередь к костюмерам, которые подбирали каждому  кафтан (пальто), штаны, торбаса и шапки по размеру и цвету. Одежда сшита из натуральной ткани, сначала она показалась грязноватой, но девушки объяснили, что краска нанесена специально, чтобы придать вид натуральной ровдуги и потертой кожи. У мужчин наряд  несколько сложнее и солиднее: из чистой кожи и меха.  Те, кто не первый день здесь, охотно делились опытом, подсказывая новичкам, что нужно снять очки, косметику, убрать маникюр и, облачившись в исторический наряд, подойти к гримерам. Там  «рисовали»  натруженные и обгоревшие на солнце лица простых якутских женщин 16 века. Слава Богу, именно в этот день грим не понадобился.

Мы чувствовали себя как на празднике — отдыхали, наслаждались природой, кто-то собирал лекарственные травы,  танцевал осуохай, фотографировался на память. Ожидание съемок прошло незаметно. Молодые люди заботливо таскали большими бутылями воду. Представьте, как хорошо организована  работа, ведь в тот день им пришлось одеть-обуть, напоить-накормить  семьсот человек!

Ближе к съемкам появился красивый молодой всадник: «Потерпите еще маленько, скоро начнем снимать!» — успокаивал нас.  Это был помощник режиссера Саша Лукин (кстати, он  режиссер фильма «Государственные дети»),  извинился за задержку и признался, что такого количества людей сегодня не ждали, рассчитывали человек на 300.  Объяснил нашу задачу – образовать живой коридор, по которому  проследует  отец Тыгын Дархана — Мунньан Дархан со своей свитой, боотурами  на конях, а мы должны перед ними стоять в поклоне, не смея смотреть на эту процессию. Показал направление, в какую сторону двинется  колонна, и тут же началось оживление, все бросились занимать места в первых рядах, в надежде попасть  в камеру. Но четкие действия волонтеров  быстро расставили всех так, как нужно.  Во время первой репетиции все семьсот человек лежали в глубоком поклоне, протянув руки вперед и уткнувшись в землю. Ничего не видно, слышно лишь фырканье и топот лошадей. Мне было страшно: а вдруг лошадям что-то «не понравится»… Со стороны это зрелище больше напоминало мусульманский праздник  Рамадан. Затем решили кланяться по-другому — сидя на коленях и опустив голову так низко, чтобы не было видно наших лиц. Тут из толпы послышалось разочарованное: «Это мне надо?!», и волной пронеслось хихиканье.  «Тихо! Не шевелимся, все сидим!» — послышалась команда.

Глаза чуть на лоб не полезли, когда я пыталась разглядеть проезжающих всадников сквозь тонкую  шапку ☺. Но это еще только репетиция, и вот настал момент съемки, сделали несколько дублей… наконец, радостная команда «Снято!».

…Ну и пусть всего несколько секунд промелькнем на экране и вряд ли найдем себя в этой  одинаково одетой толпе! Меня все равно  распирала гордость, что не упустила такую возможность — увидеть, как делают кино. До нас здесь же снимали ысыах с массовкой в 1500 человек!

А еще вдвойне приятно осознавать, что я долгое время работала с автором романа «Тыгын Дархан» в редакции журналов «Хотугу Сулус» и «Полярная звезда». Это был интеллигентный, умный, добрый  человек, трудная судьба которого во многом схожа с героями его книг. Еще будучи студентом, Далан был репрессирован по делу Башарина, защищая доброе имя основоположников якутской культуры и литературы. В те годы все, что касалось якутского языка, культуры,  считалось проявлением национализма. Это сейчас люди в автобусе не замечают даже мата, а тогда нельзя было говорить на родном языке – обязательно кто-то сделает замечание! Ысыахи, осуохаи и олонхо — под запретом. Как  сегодня бы был доволен и счастлив Далан, увидев: за что он боролся — все процветает.  Эпос Олонхо стал шедевром ЮНЕСКО,  про наш Ысыах знают во всем мире.

А еще я помню, как кто-то из недоброжелателей пожаловался на  Василия Семеновича  в Союз писателей СССР,  якобы его произведения пропитаны нелюбовью к русским  и воспевают националистические взгляды.  И это при том, что его жена — русская женщина Яна Викторовна была любовью всей жизни! Но, как говорится,  нет худа без добра.  Именно тогда  его произведения перевели на русский язык, и писательское сообщество   узнало, что есть такой автор Василий Семенович Яковлев-Далан. И признало его классиком якутской литературы.

 

Татьяна ЯКОВЛЕВА