ЧУДОВИЩНАЯ ТРАГЕДИЯ в Кемерово сплотила миллионы россиян. Люди со всех уголков страны рыдали, смотря новости. Потом люди стихийно организовались по всей стране и устроили импровизированные мемориалы, к которым нескончаемым потоком несли цветы, игрушки и свечи. У них нет ответов, почему погибли запертые в зале кинотеатра дети.

Это была череда страшных ошибок взрослых, которые привыкли жить так – ошибками. Одни взрослые закрыли детей в кинозале, чтобы не дай бог другие дети не прошли на сеанс без билета. Другие взрослые на пульте охраны, видя разрывающуюся от красного цвета пожарную сигнализацию, не включили оповещение. Третьи взрослые заперли все входы на аварийные лестницы. 64 человека, более 40 из которых – дети, сгорели и задохнулись из-за халатности взрослых. Те, кто потерял близких, утешения не найдут уже никогда. Люди начинают понимать, что беда всегда рядом. И что при системе тотального контроля государства над всеми сферами жизни людей, люди государством не защищены ни от чего.

В Кемерово произошла трагедия не только человеческая. Там лопнул перезревший гнойник, и наружу прорвалось истинное отношение чиновников и приближенных к власти к людям. В день трагедии, когда пожарные пытались пробиться к кинозалам на четвертом этаже, губернатор Аман Тулеев, при котором на месте крупнейшего в городе кондитерского комбината появилась «Зимняя вишня», не смог приехать к людям и поддержать их. Его пресс-служба пояснила, что кортеж губернатора мог бы помешать подъезду пожарных машин. Кортеж губернатора. Не мог проехать к людям. Потому что губернатор не может передвигаться по сибирскому городу шахтеров без кортежа. Вся страна восприняла это как плевок в лицо. Но оказалось, что до дна еще глубоко.

На следующий день, когда стало ясно, что дети погибли, а число жертв с подачи провокаторов переросло все мыслимые пределы, люди из Кемерово вышли на центральную площадь города и потребовали ответа. Тысячи людей. Еще десятки тысяч следили за митингом в многочисленных прямых трансляциях на ютубе, потому что ни один общефедеральный канал не мог показать на всю Россию то, что скандировали на 11-часовом митинге в Кемерово.

И когда призывали власть к ответу и вызывали поочередно губернатора Тулеева и президента Путина, который прилетел, чтобы провести экстренное совещание, ни первый, ни второй к людям не вышли.

В ТО ВРЕМЯ, КОГДА ЛЮДИ СТОЯЛИ на площади и звали государственную власть, Тулеев рассказывал Путину, что народ в городе бунтует, потому что его разогрели подстрекатели. Тысячи людей, которые стояли в тот момент на площади и хотели внятных ответов, по определению губернатора стали «бузотерами». Глава регион так и сказал: «…Сегодня там где-то человек 200. Это вообще не родственники погибших. Это вообще те, кто постоянно бузотерит».

«Человек двести» – это тысячи на площади. «Вообще не родственники» – это потерявшие в огне своих детей. Вышел к ним губернатор на поклон? Нет. Он извинился за общенациональную трагедию? Да. Но не перед мертвыми детьми. Не перед их еще живыми родителями. Не перед людьми России. Он попросил прощения лично у Путина. Потому что прощение Путина для любого чиновника современной процветающей России гораздо важнее прощения «бузотеров», к которым не может приехать губернаторский кортеж. «Прошу прощения лично у вас за то, что случилось на нашей территории», — снял камень с души губернатор, занимающий свой пост на протяжении 21 года. Осталось ли в этом некогда любимом многими политике хоть что-то от человека?

Федеральные каналы не показали митинг, где требовали выдачи виновных и отставки Тулеева. Но показали Владимира Путина, возлагающего венки к месту трагедии, и Владимира Путина, проводящего совещание. В обоих случаях президент был подавлен. Эти эмоции нельзя подделать. По человеку, даже тому, кто стоит во главе страны 18 лет, видно, когда он лукавит, когда плавает в теме разговора. И видно, когда ему по-настоящему больно. Глава государства просто не мог понять, как ответственные лица допустили то, что произошло. Для него как будто стало откровением, какой неведанный бардак творится на местах.

А что с ответами, которых требовали люди на площади? Они требовали найти ответственных чиновников в региональном правительстве, которые должны  если не головой, то хотя бы своим креслом ответить за случившееся. Кузбасский губернатор дал людям две такие жертвы. Ни одна из которых не имела ни малейшего отношения к контролю за строительством или обеспечению безопасности. Первым был уволен заместитель Тулеева, в котором видели конкурента губернатора Кемеровской области, Алексей Зеленин. Вторым стала Нина Лопатина, которая отвечала за внутреннюю политику и в большей степени за пиар Тулеева.

И когда косвенно виновным в гибели 64 человек делают главного по пиару, то становится очевидным самое страшное – ничего после кемеровской трагедии у нас не изменится. Некомпетентные охранники торговых центров так и не будут нажимать на кнопку оповещения о пожаре. Администрации вновь начнут блокировать аварийные выходы. Региональные власти продолжат выдавать разрешения на переделку бывших заводов и фабрик под торговые центры. Возможно, вырастет только цена таких разрешений.

Это будут очень красивые торговые центры. В них будут новые кинотеатры. Там будут новые удобные кресла и вкусный попкорн с колой. В этих красивых новых кинотеатрах с удобными креслами и колой будут показывать новые смешные мультики. Многие кузбасские ребятишки эти новые смешные мультики не увидят уже никогда.

Простите нас, дети. Простите нас за таких взрослых. Люди любят вас, скорбят по вам. Мы не бузотеры и не можем сдержать слез уже несколько дней подряд. Просто мы в отчаянии.

И не знаем, что нам со всем этим теперь делать.

Алексей МОРОЗОВ