Федор ГРИГОРЬЕВ, главный редактор газеты «Якутия»

 

  1. Вы – азартный человек? Вам свойственен дух соперничества?

– Как болельщик с 33-летним стажем ответственно заявляю — я не просто азартный, а чересчур азартный человек. Могу делать ставки не только на свой любимый футбол, хоккей, баскетбол, теннис и т.д., но и на то, сколько процентов наберет тот или иной кандидат, партия на выборах, кто победит в шоу «Голос». Да на что угодно!

Еще раньше в меня вселился дух соперничества. Ну какой нормальный ребенок не радуется тому, что приходит на детсадовских «Веселых стартах» первым к финишу?! Либо сам, либо его команда.

Со временем этот дух только укрепился и стал выражаться как в бытовых мелочах вроде приготовления самого вкусного мясного блюда, так и, естественно, профессиональных – какая газета лучше, интереснее опишет то или иное событие в жизни республики, города, страны.

 

  1. От какой привычки не можете отказаться?

–  От всех! Дело в том, что отношу себя к консервативным личностям. Причем эта черта характера частенько приобретает гипертрофированный характер.

К примеру, обязательно плотно завтракаю. Минимальный набор – глазунья (именно она, именно правильной формы, а не расплывшаяся по сковородке яичница), бутерброды (непременно многослойные с вареной, полукопченой колбасами и сыром), салатик (в зависимости от времени года – огурцы с помидорами или квашеная капуста с горошком и луком). Большая кружка крепкого чая с сахаром без молока.

Почему гипертрофированный? Да потому что если на завтрак на столе не обнаруживается хотя бы одно из вышеназванных наименований, то чувствую себя не в своей тарелке. До самого обеда, который тоже должен быть плотным, с горячим и салатиком.

Или, скажем, забыл впопыхах надушиться перед выходом из дома, а вспомнил об этом уже сидя в машине. Что сделает нормальный человек? Плюнет и поедет. А я поднимаюсь пешком на четвертый этаж, выливаю на себя полмиллилитра любимой туалетной, которой не изменяю много лет, и с чувством глубокого удовлетворения иду в машину, где меня уже минут пять дожидается надувшая губки (на работу ведь опаздывает) супруга.

 

  1. Есть что-то, чего вы не можете простить?

–  По-крупному – могу все простить, даже предательство. Зато могу придраться к любой мелочи — вовремя не помытой посуде, грязной обуви у младшей дочери, затерявшемуся в недрах гостиной пульту от телевизора и т.д.

Чаще всего не могу простить самого себя. За несдержанность по отношению к близким, друзьям, коллегам. Частенько бываю слишком резким и неуступчивым, хотя прекрасно понимаю, что не прав или следует включить заднюю скорость.

А еще каждый раз виню себя на… похоронах. Близкого родственника или друга. Только там, на прощании, осознаю, что не договорил, не доделал, не позвонил.

 

  1. Какую книгу вы не разрешили бы читать своим детям?

– Да пусть читают все что угодно. Скорее надо вести речь о том, как склонить современного ребенка к чтению книг и газет.

Слава Богу, моих детей заставлять, принуждать не приходилось. Не знаю, в чем причина. То ли учителя литературы были хорошие, а они действительно были хорошие. То ли гены сказались. Ведь наши с супругой дочери филологи в третьем поколении. Что по маминой линии, что по папиной.

  1. Что вас может растрогать до слез?

– Много чего. Классное кино – на «Хатико» и «Благословите женщину» слезы ручьем текли. Победа любимой команды, спортсмена или сборной России – на мундиале после серии пенальти с Испанией я просто рыдал.

Вообще, с возрастом заметил, что становлюсь более сентиментальным. Скупая слезинка может скатиться по любому мало-мальски приятному поводу. А еще люблю смеяться до слез.

 

  1. Что бы вы хотели дать детям из того, чего у вас не было?

– У них и без того есть огромная масса всего, чего не было у нас. Не только материального – от одежды до компьютеров и планшетов, но прежде всего духовного. Если точнее, способов коммуникаций с внешним миром, познания всего того, что накопило человечество.

Мы даже и мечтать не могли, чтобы наши родители запросто так сидели и планировали, где провести совместный отдых – на Кавказе, в Скандинавии или Западной Европе. Или одним кликом найти в интернете и прочитать последнюю литературную новинку, или загрузить в компьютер только что вышедшую в прокат кинокартину.

 

  1. Вы – публичный человек. Это к чему-то обязывает?

– К сожалению, да. Откровенно говоря, это сильно тяготит. Особенно в последнее время, когда стал главным редактором старейшей за Уралом газеты.

Вот то обстоятельство, что за моими поступками, словами, манерой одеваться следят окружающие, не только обязывает, а именно тяготит. В принципе, это должно быть свойственно любому журналисту. Я в профессии четверть века, но никак не могу к этому привыкнуть. Видимо, уже не привыкну.