Наталья ХАРЛАМПЬЕВА, народный поэт Якутии

 

  1. Вы – азартный человек? Вам свойственен дух соперничества?

– Нет, я не азартный человек. Хотя, когда я работала после школы в аэропорту Маган, были ночные смены. Бывало, играли в карты. По ходу игры я теряла всякий интерес и откровенно начинала жульничать – меня изгоняли. Но поскольку нужен был третий,  звали  снова и брали с меня слово, что я не стану жульничать. Но, увы, я не могла на полном серьезе играть в карты,  азарт коллег и   их праведный гнев были мне непонятны.

А если серьезно, дух соперничества есть во мне, практически это присуще каждому творческому человеку, наверное, без него трудно состояться писателю. Но соперничество  с равным, с которым интересно, с равным по мироощущению, взгляду на мир. Есть же стихотворение Вознесенского:

Не славы прошу, не коровы,

Не шаткой короны земной,

Пошли мне, Господь, второго,

Чтоб вытянул петь со мной…

 

2. От какой привычки не можете отказаться?

– От привычки читать лежа, приобретенной в детстве. Так мне комфортней, хотя очень вредно для зрения. Пыталась бороться с этим, но безуспешно.

 

3. Есть что-то, чего вы не можете простить?

– Предательство. Любое – мелкое, нечаянное, вынужденное. Могу сохранить отношения с этим человеком, но  об его предательстве не забываю никогда. Принимаю его, так сказать, с этим дефектом,   но уже не могу довериться ему ни в чем. При этом я заметила, что люди, предавшие кого-либо вместе, – очень дружны и верны друг другу. Такова, видимо, природа предательства…

 

4. Какую книгу вы не разрешили бы читать своим детям?

– Дочь моя уже взрослая, мама двоих сыновей, а внукам я, возможно, запретила бы книгу Лимонова «Это я — Эдичка»…  Не хотела бы, чтобы про такое светлое чувство, как Любовь, они прочли и узнали  в низкой, пошлой плоскости, в  животных ракурсах. Пусть про любовь они узнают из стихов Блока, Цветаевой, прозы Тургенева, Бунина…

 

5. Что вас может растрогать до слез?

– Я – девушка впечатлительная, несмотря на свой достаточно строгий и холодный вид. Меня может растрогать иногда даже статья в газете про бездомного пса…Один мой знакомый, ученый человек, очень был удивлен, застав меня рыдающей  над воспоминаниями пожилой женщины о своей первой любви.

Дело было в Якутске, в первый год войны  – они учились вместе  на курсах юристов, получили стипендию, целый день гуляли по городу. Поели в столовой, а вечером дома его ждала повестка на фронт.  Она сшила ему ночью холщовый мешок, проводила до Даркылаха. И далее она написала – в этот день он, наверное, в последний раз поел досыта… Он погиб  осенью 41 года под Москвой.  Мой ученый друг так и не поверил мне, что могу плакать над чужими воспоминаниями, он все пытался узнать истинную причину моих слез.

 

6. Что бы вы хотели дать детям из того, чего у вас не было?

– Я дала дочери возможность учиться в Москве, о чем я мечтала сама в юности.  Я грезила  тогда о Литературном институте, а дочь закончила МГИМО. А внукам я скорей хотела бы дать то, что у меня было. Из моего деревенского детства – общение с природой, возможность бродить по лесу, смотреть лежа на облака и воображать целые сюжеты из их движения, видеть,  как вечерами поднимается пар над озером, наблюдать за муравейниками… Это — целый мир, которого почти нет у городских детей.

 

7. Вы – публичный человек. Это к чему-то обязывает?

– Публичность сегодня имеют  многие, для этого иногда стоит просто нарисовать себе широкие брови. Фейсбук, инстаграм – каждый человек может выложить все — начиная со своего завтрака, заканчивая селфи со знаменитостями. Иной раз даже кажется, что некоторые не живут по-настоящему, а гоняются за удачным ракурсом…

Свою узнаваемость в читающих кругах я приемлю спокойно, понимаю, конечно, что звание народного поэта обязывает. Бывает, что в толпе или очереди меня  узнают, просят автограф… Как писатель, как руководитель творческого союза я всегда чувствую ответственность за свое слово.  Знаю, что читатели прислушиваются  к моим словам, мнению.  Наши народные писатели все были духовными лидерами своего народа, так что традиция обязывает  идти по этому пути. А как получается, судить не мне.