– Скучно стало жить в Чокурдахе, вот и приехал в Якутск. Там знакомых почти не осталось. Кто уехал, кто умер… Я же недавно здесь, всего лишь месяц, – говорит Андрей ХОРОШЕВ, постоялец реабилитационного центра «Тирэх».

– Вы где собирались жить по приезде в город? Не сразу же в реабилитационный центр устремились…

– У меня здесь дочь и сын живут. У сына хотел погостить. Но не понравился его жене, сам не знаю за что. Я не пью. Да – не работаю, но пенсионер. Вот она пьёт. Как напьётся, так давай выгонять своего мужа и меня заодно. Мы возвращались обратно, мой сын с ней мирился… до следующей пьянки. После третьего такого случая я не выдержал и ушёл к двоюродному брату. Тот отправил меня сюда.

– Говорите, погостить хотели у сына, а дальше…

– В городе брат живёт, он в апреле приезжает из Анабара. Там золото добывает. Вот встретимся – возьмёт меня к себе. Надеюсь, поможет зубы поставить. У меня лишь один резец остался. Собираюсь ему помогать, чем смогу. Правда, пенсия маленькая – всего 15 тысяч, а это разве деньги сегодня? Почему ещё в город перебрался… В Чокурдахе цены бешеные, там на мою пенсию – один раз в магазин сходить и совсем ничего не останется.

– Андрей Борисович, в улусе вы в отчем доме жили?

– Да, родители померли, дом оставили. Но что с него взять? Не хочу там жить, причины уже сказал. В нём сестра жить будет.

– Не думаю, что всё так плохо. Наверное, детство в деревне – радость?

– Это да. Мы, деревенские, покрепче городских будем. Я охочусь и рыбачу с шестого класса. Стрелял куропаток, оленей, ловил в капканы соболей и лис, зайцев промышлял. Всему этому дед научил. Я же старший в семье, должен уметь прокормить.

– Не жалко зверушек в столь юном возрасте-то?

– А что? Надо было есть, выживать. Нас пятеро. Я, брат Рома, сёстры Марина, Валя, самый младший брат Санька. Раньше семьи большими были, тем более в улусах.

– Связь с кем-нибудь поддерживаете?

– Только с братом. С остальными давно не общаемся. Младший умер…

– Не будем о грустном, расскажите лучше, где учились.

– Учился в СПТУ-21 в Нижнеколымске, на ветеринара. Три года проучился, пошёл работать. Следил за состоянием здоровья стада. Сортировал рогатых на здоровых и больных. У больных в основном проблемы с копытами были. Интересная работа.

Но недолго я наслаждался ветеринарной деятельностью. В армию забрали. Служил в Хабаровске в пехотных войсках.

– Заметила, у вас под рубашкой тельняшка. В морской пехоте служили?

– В обычной. Но и у них тельняшка – часть формы. Её вообще-то заслужить нужно. Воспоминания об армии хорошие, вот и ношу.

– Вас со службы ждала любимая?

– С будущей женой познакомился после армии, зачем до этого-то отношения заводить. Встретились мы в родном посёлке, в клубе на танцах. Я её пригласил. С этого всё началось. Она была швеёй, любила своё дело. Такие красивые изделия шила!

Детей двоих родила. Они выросли, дочь семейный человек, не до меня ей, про сына рассказывал. А ведь у него самого трое детей. С женой тоже сейчас не общаемся.

– После армии чем занимались?  

– Возил дрова на технике. Потом в тундру уехал – рыбачить. Рыбу сдавал и на полученные средства жил у знакомых. Знаете, я люблю эту местность. Молодым раз в год обязательно ходил до тундры пешком. От Чокурдаха-то не так далеко.

– Может, есть воспоминания, которые вызывают улыбку?

– Не знаю даже, забавно это или же страшно, но как-то пасём мы оленей. С утра они обычно на опушке леса кормятся, чтобы с бинокля видно было. И вот зовёт меня парнишка, пастух Иван. Даёт бинокль, говорит: «Андрей, там волки в сотне метрах от оленей…» Смотрю – и правда, семь хищников лежат неподалёку от обеспокоенного и уже не полного стада. Утащили парочку рогатых. Ну, мы взяли нож и большие палки, прихватили старого сторожевого пса. Пошли в лес к оленям, успокоить их для начала, и от волков, если что, защитить. Да, без ружья, но попробовать стоит. И вот стоим около стада, оно уже спокойно пасётся. А в бинокль видим – лежат хищники, в нашу сторону смотрят, но не идут. Вскоре их вожак увёл. Пронесло.

В тот момент страшно было как никогда. Зато адреналина всплеск (улыбается).

Я и раньше с волками встречался. Но не страшно было, я знал, что у меня есть ружьё, патроны… Тем более охотились компанией подготовленных людей.

– Заметила одну странность. Вы и охотник, и ветеринар…

– Хочешь жить – умей вертеться. Охоту я люблю, деду спасибо. А лечил я своих оленей, домашних. Диких же – стрелял. Нам, северянам, без охоты не выжить.

– У вас есть планы на будущее?

– Дождаться брата. Переехать к нему, помогать. И, конечно же, зубы сделать. Пока так.

 

Татьяна БАРАШКОВА