– А помнишь, был такой красочный журнал, который объявил десятку самых завидных женихов, и меня среди них, — напоминает мне Слава.

И я – точно! – вспоминаю этот эпизод и даже саму ту страницу с глянцевыми лицами симпатичных молодых людей. И конечно, со Славой Лёвочкиным, моим собратом по  медиацеху и профсоюзной линии.

 

Да, редакция новоявленного журнала всё верно рассчитала: на интересных юношей должна была клюнуть женская читательская аудитория, и это могло способствовать раскрутке журнала.

Как выяснилось, попали в десяточку: Славу увидела Варя. Она и сёстры как раз находились в том замечательном возрасте, когда пора всерьёз задуматься о замужестве, а тут такой журнал.

«Какие парни!» – восхитились девушки. «Мне этот нравится», – сказала одна. «А мне этот», – показала другая. А Варя упёрлась пальчиком в Славин портрет: «Вот этот – симпатичнее всех». «Который? – заинтересовался Кирилл, который гостил у своих родственниц и тоже листал новый журнал вместе с ними. Тут он увидел знакомую личность. «Да это же Слава! Мы с ним учились. Мой друг, – воскликнул он и ткнул пальцем в текст.  – Смотрите, какой должна быть его избранница!» «Умная, красивая девушка с богатым внутренним миром», – прочитала Варя и подумала: да это он про меня написал! «Познакомишь?»

Отчего нет? Кирилл устроил им «нечаянную» встречу во время обеда в мэрии, где работала девушка…

Так, или примерно так началась история любви Владислава и Варвары Лёвочкиных, прекрасная и поучительная, которая длится вот уже четырнадцатый год.

И если вы думаете, что это была любовь с первого взгляда, должна вас разочаровать: в реальности Слава Варе не понравился. В журнале он сиял как новенький ботинок, солидности добавлял бархатный пиджак цвета кофе с благородным отливом и ромашкой в петлице, – весь из себя красивый и респектабельный парень, едва ль не звезда Голливуда. Откуда Варе было знать, что пиджак взят напрокат, ромашку кто-то вставил в нагрудный кармашек в фотостудии, а в жизни ему бы и в голову не пришло заниматься такой ерундой.

Слава был совсем другой. Он, хоть и подавал надежды как журналист, был совершенно обыкновенным парнем, носил чёрные потёртые джинсы, серую рубаху, бегал по заданиям редакции, работал много и получал среднестатическую для простого корреспондента зарплату…

Да, они, конечно, пообедали, ещё и покатались на машине и…  Ну, покатались и покатались. Больше не виделись. «Как?! – удивится читатель. – А где же тут история любви?!» И будет прав: вокруг вовсю цвела весна. Уже мартовские коты оторали свои брачные песни, припекало несмелое якутское солнце, топя голубые снега, с крыш свисали аппетитные сосульки и звенела апрельская капель, – хотелось прекрасного!

Тут в редакции Славе поручили интервью с интересным человеком – целительницей, которая обладает сильной энергетикой, пишет стихи и совершает обряды. И когда журналист пересёк порог её дома, обнаружил, что пришёл к будущей тёще. Хотя нет, это же Кирилл надоумил своего друга-журналиста сделать интервью с Вариной мамой! А вы поверили, что всё это – счастливая цепочка удивительных совпадений?

Мама, женщина мудрая, сразу поняла, что Слава – парень серьёзный и может составить дочери отличную партию. Для Вари же это был ещё один звоночек, мол, присмотрись!

Они подружились, стали часто видеться в компании друзей, и всё больше и больше проводили время вместе, открывая друг в друге новое и прекрасное. Так пролетела весна, за ней лето и наступил сентябрь, отпуск, в котором у Славы намечалась зарубежная поездка в Италию, а у Вари — в Китай.

Это были давно спланированные путешествия, причем Слава летел в интересной компании: супружеская пара, незамужняя девушка и он, пока ещё холостой и относительно свободный. То ли это обстоятельство, способное сыграть роковую роль в его отношениях с Варей, то ли как ком к горлу подкативший страх разлуки с любимым человеком, но Слава сделал предложение Варе прямо тут, в аэропорту.

– Выходи за меня замуж! – внезапно сказал он, глядя ей прямо в глаза.

От неожиданности Варя так растерялась, что сморозила какую-то глупость. Слава будто не расслышал:

– Я привезу тебе из Италии кольцо, – пообещал он.

Наверное, это и был момент истины, когда Варя поняла, что ждёт этого предложения. С ним, и только с ним ей хотелось связать свою жизнь. Стоит ли говорить, что она согласилась. Это был первый и последний случай, когда они проводили отпуск отдельно. С тех пор – всегда вместе.

– Слав, – спрашиваю я, – а ты теперь помнишь день, когда вы поженились?

– 25 ноября, – отвечает он, не моргнув глазом. – Между прочим, это ещё и день Олонхо.

Ну да, и захочешь – не забудешь!

В свой первый отпуск они отправились в Испанию и Францию: музей Сальвадора Дали, Гауди, затем – Ницца, Монако и… казино. Столько ярких впечатлений, эмоций и соблазнов, и как не рискнуть сыграть!

– Я остался в зале, – говорит Слава, – а Варя пошла попудрить носик. И долго не возвращалась: была в шоке от той красоты – всё в золоте! Ходила, фотографировала: в самом казино снимать нельзя, и она отводила душу там, где нет камер. Вернулась, а я уже проиграл! Говорю: делай ставку не на одно число, на два — будет больше шансов. И Варя поставила на свой день рождения М на число 16. И выиграла! Отыграла всё, что я проиграл!

Да, они уже тогда научились чувствовать, быть глазами, ушами друг друга. Ведь перед этим побывали в Сибири – знакомились с родственниками Славы по отцовской линии – и Варя вдруг открыла в себе звенящую русскую старину.

– Русская деревня мне очень понравилась, – делится она. – И мне показалось, что русские корни, русская изба, русский дух – всё это есть во мне, и почему-то я в детстве любила рисовать хохлому…

Варя задумывается на мгновение, задорные искорки поблескивают в глазах:

– Может, в другой жизни я была столбовой дворянкой? А что, если у меня есть русские предки? Откуда у родственников с маминой стороны фамилия Новгородовы? Русская же фамилия!

Тут же выясняется, что мама Вари росла в Усть-Алдане под фамилией Аржакова, а предок её, Аржаков, был Усть-Алданским головой и ходил к Екатерине II с прошением об особом положении якутов…

– Так ты через своего далёкого предка Русь увидела и полюбила, – выдвигаю я свою мистическую версию.

– Возможно, – пожимает плечами Варя, но развить нам эту тему не удаётся, потому что Славе не терпится сделать своё главное заявление:

– Когда мы с Варей разбирались в ветвях генеалогического древа, – говорит он, – выяснилось, что мы родом из одного района! Маленькой она знала всех моих родственников по маме, и теперь мы каждое лето ездим туда, в ту деревню, потому что у моей тещи там летняя резиденция. Понимаешь, – волнуется он, – надо было мне объехать всю страну, пожить в Москве, Смоленске, чтобы вернуться в Якутск, встретить Варю и обрести с ней семью и свои корни!

И как тут не поверить в судьбу!

Земля, выходит, маленькая всё-таки и круглая.

С тех пор, как появились дети – Артурчик, Сонечка и маленькая Леночка, Лёвочкины путешествуют впятером.

– Всегда нужно куда-то ездить с семьёй, – считает Слава, – не обязательно за границу. Просто это счастливая возможность побыть всем вместе: дома обычно все заняты, каждый – своим делом. Столько нового мы открыли, столько впечатлений получили в Еланке, на Кангаласском мысу – дух захватывает от такой красоты, от великолепного вида на Лену

– А ты, Варя, всегда была уверена в Славе? – этот вопрос, я понимаю, скорее, риторический: трое детей, которых она родила, – лучшее тому доказательство.

– Всегда, – твёрдо отвечает Варя. – К тому же, у нас, якутов, как: один ребенок – это не ребёнок, два ребенка – полребёнка, три ребёнка – уже ребёнок. Так что у меня даже  сомнений – рожать, не рожать – не возникало.

– Знаю, Варя, ты отличная хозяйка, а какими изысками любишь баловать мужа?

– Оо, – отвечает за неё Слава, – я люблю в её исполнении национальные блюда: харта, караси, саламат – настоящие шедевры Вариной кулинарии.

Варя подхватывает тему:

– А я люблю есть то, что Слава готовит: как он делает запечённую жеребятину с картошкой, у меня так никогда не получается! Да он всё вкусно готовит!

И мне достаточно этих взглядов поддержки, ненароком брошенных друг на друга, и тёплой тональности их голосов, чтобы раскусить секрет их вкусной домашней пищи. Знаю, стоит добавить всего один ингредиент в любой рецепт – любовь,  и всё заиграет разными красками и приобретёт ни с чем не сравнимый вкус…

Эти ребята, похоже, не жалея, добавляют этот ингредиент во всё, что делают.

Со времени первой их встречи прошло много лет, и они вырастили свою любовь сами. А Слава делал всё, чтобы Варя не пожалела, что вышла за него. Он сменил поношенные джинсы на добротный костюм, получил хорошую должность и, хоть так и не завёлся у него бархатный пиджак цвета кофе с отливом, стал ещё интереснее, чем в том журнале.

И дети стали спорить, кто в семье босс. Артурчик, понимая, что папа трудится на ответственном посту, считал, что босс – это папа. А Соня, наблюдая за тем, как мама держит в руках домашний очаг, утверждала, что она у них самая главная. Наконец, пришли к консенсусу: мама – босс, а папа – гений.

– Почему это я гений? – удивился Слава.

– Потому что ты всегда всё знаешь, – объяснила дочка, и папе с этим пришлось согласиться. Это, в конце концов, не только ответственно, но ещё и очень приятно.

Что до того глянцевого журнала, с которого началась история любви Лёвочкиных, так он так и хранится в семейном архиве.

Реликвия, понимаешь.

 

Елена СТЕПАНОВА