Почему я обратила внимание на Никиту? Просто однажды наши дороги сошлись в одной точке.  Это была скорее страсть, чем любовь. Он казался мне чуть ли не принцем в форме сотрудника дорожно-постовой службы! Но он мог пообещать приехать, и не прийти, пропасть на несколько дней, а потом неожиданно появиться.

Однажды Никита неожиданно заехал, сразу уложил меня в постель, а после тут же принялся собираться. И вышел, даже не взглянув на меня, не говоря уже о прощальном поцелуе. В тот миг я отчетливо осознала его потребительское отношение ко мне. Как-то, лаская Никиту, я назвала себя его любовницей, на что он ответил:

– Ты не любовница, ты просто так.

Почему я приняла эту фразу за шутку? Где были мои мозги, уши и глаза?!

Я почувствовала отвращение (даже не к нему, а к себе) и резко, без объяснений, порвала с ним. Судя по отсутствию ответной реакции, Никита принял мое решение равнодушно.

Третьего июля, в День работника ДПС, я отправила поздравление Богдану, коллеге Никиты. Несколько раз мы были в одной компании, он подвозил меня домой.  Мы стали переписываться. Я поняла, что нравлюсь ему. А в глубине души надеялась, что Никита, узнав о наших с Богданом посиделках в кафе, захочет вернуться. Кого я хотела обмануть? Я была в его жизни «просто так», а за незначительные вещи не принято бороться.

Богдан казался умным, мужественным, а оказался навязчивым, сентиментальным и очень неуклюжим в быту. Иногда у меня возникало ощущение, что я связалась с ребенком.

В начале наших отношений я сказала Богдану, что живу с родителями, и мы встречались у него, поэтому исключить его из своей жизни было легко. Под разными предлогами я стала отказывать в личных встречах. Богдан обижался, но спустя несколько дней начинал звонить, писать сообщения: «Я буду любить тебя всегда». «Я умираю без тебя».

А я вела себя безобразно, понимая, что поступаю с ним так же, как Никита со мною.

Дa, замечательные у меня были поклонники: один — безответственный раздолбай, второй — несуразный нытик. А может, дело во мне, и я выбираю не тех мужчин?

Свое тридцатилетие я встретила в постели. Наверное, это ненормально, но я была этому рада. С утра смс-кой поздравил Богдан. Вскоре телефон пискнул снова. Надо же, стишок от Никиты!

В тот день был страшный гололед. Я вышла из автобуса, сделала несколько шагов и застыла на месте: кругом был лед, а дорога шла под уклон.

– И как быть? – произнесла я вслух.

Проходящий мимо мужчина вдруг остановился, заглянул мне в лицо, а потом протянул руку и предложил:

– Держись.

Я крепко обхватила его локоть, и мы пошли.

– Меня Михаил зовут. Можно просто Мишка, — представился незнакомец и тут же спросил:

– Во сколько ты выйдешь отсюда?  Можно мне тебя встретить, чтобы проводить?

Я разрешила,  уверенная, что он не придет.  Но Мишка, как и обещал, ждал на крыльце и с радостной улыбкой протянул руку:

– Пошли.

Утром следующего дня от него раздался звонок:

– На улице снова скользко. Я встречу тебя у подъезда.

В назначенное время я вышла из дома и замерла. У подъезда стояла машина ДПС. Никита? Богдан? Фары машины мигнули, и из салона послышался Мишкин голос:

– И что мы встали, госпожа? Присаживайтесь, не стесняйтесь.

Я думала: не бывает таких совпадений, но Мишка тоже работал в дорожно-постовой службе, только в другом районе города.

А вскоре у меня возникло чувство, что я наконец нашла своего человека. Наши взгляды, мнения, предпочтения полностью совпали, и очень скоро мы не могли долго жить друг без друга.

Четвертого января у Мишки на работе должен был состояться корпоратив. Я хотела отпустить его одного, но он сказал, что без меня не сможет веселиться. Тогда я надела черные брюки, белую блузку, галстук и жилетку. И не прогадала:  мой необычный образ приковал к себе больше мужских взглядов, чем самое открытое вечернее платье.

За столиком сидело человек сорок. Один из них кивнул мне. Это был Никита. Я отвернулась. Мишка обнял меня и прижал к себе. Как же я люблю его! Я хочу быть с ним каждый день и каждую ночь. Я хочу за него замуж, я хочу от него детей, я хочу провожать его на работу утром и встречать по вечерам.

Мой взгляд остановился на мужчине в форме ДПС, что замер в проеме двери. Присмотревшись, я узнала в нем Богдана. Мне стало не по себе.

Парни с нашего столика помахали Богдану, приглашая его присесть, но он лишь пожал им руки и жестом отказался, указывая на форму. Потом вышел из зала.

Спустя несколько секунд мой телефон завибрировал.

«Или поговорим в фойе, или я подойду к вам», – написал Богдан.

– Я в туалет, – шепнула я Мишке и вышла.

– Что происходит? – спросил Богдан.

– Мы не общаемся уже год, что тебе надо? Другой бы мужик на твоем месте все давно бы понял…

– Ты не любишь меня, – подытожил он.

– Ну, наконец-то, – облегченно выдохнула я. – Можно идти?

Я вернулась в зал. Мишка сразу заметил следы усталости на моем лице. И протянул мне руку:

– Один медленный танец, и мы уходим.

Обнявшись, мы кружились на танцполе, когда я ощутила сильный толчок в спину.  В нескольких шагах от меня стоял Богдан с пистолетом руке. Он выстрелил снова, но на пути пули встал Никита. А я ощутила дикую боль.  Что-то теплое потекло по телу. Глаза стали закрываться…

В день, когда врачи разрешили мне ходить, я получила роскошный букет красных роз от Мишки. «С нетерпением жду твоего возвращения домой», — прочитала я в записке. Первая моя мысль, едва  пришла в сознание после операции, была о нем. Сможет ли он простить меня? Но Мишка даже не позволил ничего объяснить.

– Ты жива, и это главное.

Вторая мысль когда была о Никите. Как он? Что с ним? Когда мне сообщили, что он лежит на этом же этаже, я медленно, держась за стену, пошла к нему… Дверь приоткрылась, и я сразу увидела Никиту. Он спал, а я подумала, что все-таки он любил меня. Нелепо, боясь признаться самому себе. Если бы Никита тогда понимал, чего хотел, мы были бы сейчас вместе. Не понадобился бы Богдан.

Но и не появился бы Мишка, самый лучший, самый необыкновенный мужчина на земле. Он не взял бы меня под руку, не сказал бы «держись!» и не повел бы по льду. Он оказался третьим сотрудником ДПС, с кем меня свела судьба, но занял главное место в моем сердце.

Наталья ЗУЕВА