Любимый мой, родной, единственный! Тебя нет рядом со мной много-много лет… тебя нет нигде на этой земле… Я любила тебя с того самого момента,  когда  наши глаза встретились на школьной перемене. Это была любовь с первого взгляда и на всю жизнь, и я благодарна судьбе, что она подарила мне возможность испытать это прекрасное, несмотря ни на что,  чувство.

Заполярный поселок, конец 70-х годов… Девочка из хорошей семьи, отличница, любимица учителей, и мальчик-плохиш, «серый троечник», не отличающийся примерным поведением. Родители с обеих сторон, что называется, в шоке. Особенно матери, и их можно понять. Позже к ним подключились учителя. Какая любовь в 16 лет? Надо учиться, школу оканчивать, образование получать, да и не пара они — слишком разные.

Но нам не было дела до их запретов,  мы были счастливы вместе, и никто не мог помешать нам каждый вечер  с  колотящимся сердцем бежать друг к другу на свидания, часами бродить, держась за руки, по улицам поселка, шарахаясь от поздних прохожих. Под утро ты провожал меня до подъезда, и мы еще долго прощались, не в силах расстаться.  Зайдя домой, я на цыпочках бежала к телефону (в те годы мобильной связи и в помине не было). Ты  звонил и  долго  шептал мне слова, от которых кружилась голова, сердце начинало стучать с бешеной скоростью, за спиной вырастали крылья, а в животе порхали бабочки.

Молва давно приписала нам близкие отношения, но последнюю грань мы не переступали, хотя и целовались до одури, до того, что вспухали и краснели губы, и назавтра было стыдно, но вместе с тем и приятно ловить на себе любопытные, насмешливые, а порой и завистливые взгляды одноклассниц…

А потом я уехала в большой город учиться, а тебя вскоре забрали в армию. И полетели в два конца письма, в которых мы признавались друг к другу в вечной любви, верности, строили планы на будущее. Увы, им не суждено было сбыться. Я помню нашу последнюю встречу в мельчайших подробностях, ты уговаривал меня  уехать из поселка, пожениться, а я просила подождать, дать мне возможность окончить учебу, попытаться уговорить родителей принять наше решение быть вместе. Мы не договорились, и ты ушел. Разве я могла предположить в тот осенний вечер, что вижу тебя  в последний раз? Уходя, ты оглянулся. Я никогда не забуду твой прощальный взгляд. В нем были недоумение, боль и… любовь.

Если бы можно было все исправить!  До сих пор меня гложет чувство вины за то, что случилось с тобой. Я часто представляю,  как мучителен был твой уход… Думал ли ты обо мне в те минуты? Винил ли меня за то, что случилось с тобой? Ответов на эти вопросы я уже не получу.

Когда тебя не стало, мое сердце разорвалось на осколки, я выплакала все слезы на годы вперед, и с тех пор  никогда не плачу – слез у меня не осталось. Мне не хотелось жить. Мир вокруг стал серым, скучным, мрачным. Я ушла в себя, ограничила  круг своего общения до единственной близкой подруги, попытки молодых людей познакомиться прерывала на корню и в такой резкой форме, что они, наверное, принимали меня за ненормальную.

Я ни на минуту не переставала тебя любить. Я любила тебя, когда  выходила замуж за другого, любила тебя, когда рожала детей. Когда кормила своих малышей грудью, я думала: «А ведь это могли быть твои дети…» Так печально – жалеть о том, что не с тобой  я ложусь спать вечерами и просыпаюсь по утрам, не для тебя пеку свои фирменные пироги, не тебя целую, уходя на работу.

Все эти годы ты мне снишься. Сюжет один и тот же: весть о твоей смерти – чудовищная ошибка: ты жив и ищешь меня, ты совсем рядом и вот-вот мы встретимся с тобой. Ты меня обнимешь крепко-крепко, я прижмусь к твоей груди,  и мы опять будем счастливы… Просыпаюсь вся в слезах,   с бьющимся сердцем и чувством страшной, невосполнимой  утраты. Это всего лишь сон, тебя по-прежнему нет… Говорят, время лечит. Почему же столько лет я не могу вылечиться от любви к тебе?

Случается, что в толпе я вижу человека, чем-то похожего на тебя: силуэтом, походкой, чертами лица… У меня бешено начинает колотиться сердце, подкашиваются ноги, слезы застилают глаза…

Ну почему, почему это случилось с тобой? Мой любимый, единственный, родной…  Мы когда-нибудь встретимся, ведь правда?  Увы, не на этом свете. Но…ведь ты будешь молодым, красивым, сильным, а я…неужели я предстану перед тобой старой, седой и сгорбленной?… И эта мысль тревожит и печалит, как твой ускользающий от меня образ…

Л.ЕФИМОВА