Этот случай произошел где-то во второй половине двадцатого века. Были ещё живы ветераны самой страшной войны, но политики уже поговаривали об ошибках, готовили потихоньку платформу для новых фашистов.

В это самое время рос один черноглазый мальчуган: смуглый, с вздёрнутым носиком, улыбчивый и приветливый. Обыкновенный мальчишка с нормальными родителями, правда, они были очень молоды и немного легкомысленны.

Человек, если он нормальный, не может быть абсолютно счастливым. Так вот, у нашего героя было два повода для страданий. Первое – имя.  Бабушка попросила назвать его Кюннээх (Отмеченный солнцем) в честь своего младшего брата, погибшего в 42-м под Москвой. Многие друзья пытались  переиначить это имя на девчачье «Кюннэй», но у Кюннээх кулаки были крепкие, характер твёрдый.

Второе – внешность. Отец с мамой были красивой парой, так же была хороша собой и младшая сестра. Новые знакомые постоянно намекали:  «Не взяли ли старшего сына на воспитание из детского дома»?

Однажды летним вечером Кюннээх с отцом перебирали невод, разговаривая о всякой всячине. Оба любили такие вечера, вдруг сын спросил:

– Папа, почему я так не похож ни на тебя, ни на маму?

Отец быстро ответил (ему надоела эта тема):

– Да ты не мой, маму твою взял беременную, жалко стало: такая молодая и беременная.

Он не заметил, как сын сник и быстро вышел из веранды, так же безмятежно продолжал курить, отмахиваясь от комаров.

Мать, возвращаясь от соседки, увидела сына и велела поставить самовар, но он вдруг спросил:

–  А где мой настоящий папа?

– Как где? Ушёл куда-то?

– Нет, я не про этого, а про того – настоящего…

Замкнулся мальчишка, стал часто плакать, отец пытался объяснить, что он пошутил, но всё было бесполезно. Кюннээх даже до документов добрался, а там, в свидетельстве о браке, дата – 22 августа,  он  же родился 28 декабря. Всё. Значит,  мама была беременна до свадьбы. Все ругали легкомысленного папашу, он сам настрадался, коря себя за неуместную шутку.

И вдруг из далёкой деревни приехала бабушка. Она  подошла к похудевшему сумрачному внуку, уселась рядом с ним и осторожно вытащила из небольшого альбомчика  старую пожелтевшую фотографию молоденького солдата. Кюннээх сразу узнал себя: узкие чёрные глаза, вздёрнутый нос и юное чистое лицо.

– Ой, так похож на меня, – вырвалось у Кюннээх, а бабушка крепко поцеловала его  и сказала:

– Нет, ты похож на него, это мой младший брат, погибший под Москвой. Ты слышал о нём, я рассказывала тебе, только вот фотографию его хранила в своем сундуке, редко кому показывала.  Кюннээх – это его прозвище, по-настоящему называли его Егором. Он был таким добрым, всегда всем помогал, мечты у него были чистые, хорошие, но навсегда остался солдатом – ему было только восемнадцать. Когда привезли тебя из роддома, я расплакалась и попросила назвать тебя в его честь Кюннээх (мало кто знал его имя по свидетельству). Теперь ты веришь, что твой папа – мой сын, и понял, на кого ты похож?

Бабушка посидела, обнимая прильнувшего внука и, подняв голову, встретилась взглядом с сыном:

– Сынок, прости меня, не сумела я рассказать о твоём дяде. Не рассказала, как он бегал за бурундуками, чтобы спасти их от остальных мальчиков, не рассказала, как он умел смеяться, заражая всех своим смехом, не рассказала о том, как он учился танцевать вальс, держа в руках маленькую табуретку, как он каждый день колол дрова одинокому старику. Всё делал с радостью, с душой. А душа у него была светлая, недаром ему дали такое прозвище – Кюннээх.

 

Анна ВЕТРОВА