Каждое утро она идёт на свидание с рассветом, а он медленно ползёт по стенам деревенских домов. И в какой-то чудесный миг солнце, будто стесняясь, показывает ей свой ослепительный краешек. На этом свидании неизменными её спутниками стали журавли.

— Они осторожные, величественные, грациозно красивые птицы, — говорит Валентина. —  Наблюдая за ними, я вновь и вновь позволяю своему сердцу разбиться слезами, отжить потерянное когда-то. И потом собираю его, и оно вновь бьётся в груди…

Наверное, о каждой женщине можно написать целый роман, в котором будут и радость, и разочарование, и то самое разбитое сердце. Только не каждая, увы, позволяет себе эту роскошь — разбивая собственное сердце, поднять его, осторожно собирая осколки руками, чтобы вновь ощутить жизнь…

Моя героиня — Валентина Васильева. Женщина, пережившая тяжёлый потери –  мамы, потом мужа, за ним — старшего сына. Сегодня она, впрочем, как и всегда, несмотря на испытания судьбы, счастлива, любима и любит. Прежде всего, себя и жизнь. — Валентина, твой роман жизни с чего бы начала писать?

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

— С мамы. С детства. Моя мама, Анна Андреевна, без мужа поднимала и растила троих детей. Добрейшей души человек, за всю жизнь она ни о ком плохого слова не сказала, в кармане носила витамины, карамельки, чтобы  угощать кого-нибудь, крошила хлебушек для птиц. Мама работала прачкой в школе-интернате, и до 4 класса мы жили среди грязного белья в прачечной. И когда нам дали однокомнатную квартиру,  счастье было огромным, мы на санках перевезли туда наш скудный скарб. Зарплата у мамы была очень маленькая, но она умудрялась копить, так что постепенно у нас появились комод, диван, сервант. Двери нашего дома были всегда открыты. Мы жили рядом с автовокзалом, и к нам все заходили пить чай – и знакомые, и незнакомые люди. Свою детскую и вполне трудовую деятельность я с подружкой Галей начала в детских яслях — прачкой. А было нам по десять лет. В баках кипятили пелёнки, распашонки, стирали, гладили. Первая зарплата на двоих! Счастье, что можешь помочь маме… Милая моя мамочка воспитала внучку Тамару, которая в шесть лет осталась круглой сиротой. Скромно прожила и ушла в мир иной тихо: во сне, остановилось сердце. А маме было всего 69 лет.

— Такое вот детство не оставило обиды, ревности, зависти к тем, кто прожил его более легко?

— Пусть в моём детстве не было достаточно денег, но зато было самое важное — мамина любовь, её уютные руки, улыбка и взгляд, такой поддерживающе-успокаивающий. Многие сейчас могут со мной поспорить, но для меня эти трудности — только волшебный пинок к действию. К действию не разрушительному, а созидательному. Я рано уехала из дома, в 14 лет, из небольшого села Бердигестях отправилась в Якутск, стала студенткой школьно-пионерского отделения Якутского педучилища №1. И во время учёбы встретилась со своим будущим мужем. Странная была для меня эта встреча, странная в собственных ощущениях: глаза не принимали его, а сердце кричало: это твой человек. Спустя некоторое время я стала его женой. Мы жили и в селе Булгунняхтах, а после смерти его родителей — в Покровске, в их родовом доме. И в этой семейной жизни были и слёзы счастья, и слёзы обиды и непонимания. Но всё пережили, доверяясь друг другу, и разрешая этому быть.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

— Скажи, как ты решилась изменить свою жизнь, продать дом, который сама построила, уйти со школы, в которой проработала много лет. И ведь уже в возрасте, когда человеку страшно что-то менять…

— После смерти мужа, оставшись с четырьмя детьми, поневоле начинаешь и мыслить иначе, и смотреть на то, что  было, под другим углом. Тогда не верилось, что смогу и детей поднять, и  дом построить, и баню. Всё получилось. Но мой старший сын в 24 года ушёл из жизни, и тогда наступила самая чёрная в моей жизни полоса, о которой так много говорят и пишут. То состояние, в котором человек падает, не дышит, в котором его душа бьётся в пространстве — почему, за что, зачем? А через шесть лет тяжело заболел младший сын, и сама я попала в больничную койку. И там я вдруг ясно осознала то, что, наверное, знала с детства: детям нужны счастливые родители. Нельзя быть рядом с детьми несчастной, злой, уставшей. Если уж принесла себя в дом в таком состоянии, то проговори это вслух, объясни детям, что это временно,  не навсегда. Даже самый малый ребёнок переживает, когда мама или папа в таком состоянии, и он также, как и вы, ищет решение, как все исправить. Поверьте, это так. Тогда я встала и пошла. Не искать, а жить…

Возраста, в котором страшно что-то менять, не существует. Его просто нет. В этом, как ты говоришь, возрасте, я снова стала женой, любимой и любящей женщиной. И вот уже три года живу в селе Качикатцы с человеком, которому доверилась, которого уважаю и люблю. Знаешь, что важно, когда ты постоянно падаешь, когда  на лоскутки рвёт? Принять эту ситуацию, не прятаться, не бежать от неё, не придумывать себе жалость, а потихоньку выползать, выходить, идти, когда отчаяние перестаёт радоваться на открытых ранах, просто стать искренней с собой, это привилегия свободных людей… Я позволила себе реализовать свои мечты — танцевать в составе ансамбля бального танца «Гармония» г. Покровска, выступать на сцене села Бердигестях в вокальном конкурсе. Для меня это было важно.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

— Ты сильная…

— Нет, я слабая, и позволяю себе быть такой, а силы мне дают мои дети — две дочери, младший сын, внуки. Мои подруги, лёгкие на подъём, и всегда с идеями, яркими и живыми. Муж, который научил следовать за ним, доверяя, а этому может научить только любящий человек. Мои увлечения — прогулки на велосипеде в любую погоду и время года, лыжные походы, фотографирование, рукоделие. Общение  с природой и с собой. И — любовь к себе, которая начинается со слов «можно… стать счастливой».

Природа — как женщина. Она многое может вытерпеть: боль, огонь, сжигающий изнутри, страдания. И не всегда эта боль вырывается в ярость, разрушая всё на своём пути. Чаще просто идёт дождь, чистый и освежающий, под которым радостно танцует счастливая женщина….

 

Мари АРС